Приблизилось время покайтесь и веруйте в евангелие

У Марка Дух, погнав Иисуса в пустыню, фактически привёл Его в рай. В отличие от Адама, Иисус его не утратил. Он – Новый Адам.

Беседа 3.

1. Евангелие Иисуса Христа.

1.14-15 — «После же того, как предан был Иоанн, пришел Иисус в Галилею, проповедуя Евангелие Царствия Божия и говоря, что исполнилось время и приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в Евангелие».

Обратить внимание на следующие экзегетические моменты:

(Мк_1.14) κηρύσσων: «предан» – Pass. Div.; «проповедуя» – κηρύσσων.

(Мк_1.15) ΐ: «Исполнилось время» – Πεπλήρωται ὁ καιρὸς; «приблизилось» – ἤγγικεν; «в Евангелие» – ἐν τῷ εὐαγγελίῳ. В какое Евангелие? Да вот в то, что «приблизилось Царствие Божие»!

Ирод Антипа, правивший частью наследия своего отца Ирода Великого с 4 г. до РХ по 39 г РХ, бросил Иоанна Крестителя в темницу, о чем будет рассказано в 6-й главе. Но если он полагал, что после этого в иудейском народе стихнет волнение, то он вскоре понял, что ошибался. Теперь на публичную сцену выступил Иисус. Разумеется, Он не просто продолжил дело Иоанна. Он принес нечто новое и небывалое.

Иное место проповеди.

Уже внешне Иисус изменил деятельность Иоанна. Тот действовал в иудейской пустыне на Иордане – на определенном месте, к которому отовсюду тянулись люди. Иисус начал Свою деятельность в Галилее. И не к Нему шли люди, а Он шел к людям. Галилея – область, о которой Иосиф Флавий пишет:

«Вдоль Геннисарета тянется страна того же имени изумительной природы и красоты. Земля по тучности своей восприимчива ко всякого рода растительности, и жители действительно насадили ее весьма разнообразно; прекрасный климат также способствует произрастанию самых различных растений. Ореховые деревья, нуждающиеся больше в прохладе, процветают массами в соседстве с пальмами, встречающимися только в жарких странах; рядом с ними растут также фиговые и масличные деревья, требующие более умеренного климата. Здесь природа как будто задалась целью соединить на одном пункте всякие противоположности; здесь же происходит чудная борьба времен года, каждое из которых стремится господствовать в этой местности. Ибо почва производит самые разнообразные, по-видимому, плоды не только один раз, но и в течение всего года беспрерывно. Благороднейшие плоды, виноград и фиги она доставляет десять месяцев в году сряду, в то время, когда остальные плоды по очереди поспевают в продолжение всего года. Кроме мягкого климата, богатому плодородию способствует еще орошение, доставляемое могучим источником, называемым жителями Кафарнаумом» («Иуд. война», III, 10, 8).

Жизненным пространством Иисуса была не пустыня с ее иссушенностью и экстремальными температурами, но плодородная и густонаселенная страна с ее водой, травой и тенью.

И еще нечто иным было у Иисуса: не Он заставлял людей приходить к Себе, но Сам шел к людям, чтобы возвещать им Евангелие, то есть Благую Весть: «Исполнилось время: Царствие Божие здесь!».

«Исполнилось время».

В греческом языке два слова, которые у нас обычно переводятся одинаково – «время». Это κρόνος и καιρὸς. Первое слово означает время в его протяженности, длительности. Второе означает пункт времени, срок. Например, срок поспевания плодов, урожая (Мк_11.13, 12.2). Именно это слово καιρὸς и стоит в нашем тексте о провозглашении Евангелия Иисусом Христом. «Исполнился срок, уже настал момент!». Нет нужды ждать более позднего времени! Ибо «приблизилось Царствие Божие». Здесь следует сказать, что в оригинале используется совершенное глагольное время Perfectum. Иначе говоря, «Царствие Божие уже здесь». Эта весть для современников Иисуса Христа напоминала о библейских словах из пророка Исаии. Мы уже приводили их:

«Как прекрасны на горах ноги благовестника, возвещающего мир, благовествующего радость, проповедующего спасение, говорящего Сиону: «воцарился Бог твой!» Голос сторожей твоих – они возвысили голос, и все вместе ликуют, ибо своими глазами видят, что Господь возвращается в Сион. Торжествуйте, пойте вместе, развалины Иерусалима, ибо утешил Господь народ Свой, искупил Иерусалим» (Ис_52.7–9).

С тех пор как пророк провозгласил эти слова, в иудейском народе не угасала надежда на возможность воцарения Бога, на реальное осуществление Его Царства. Тогда было бы устранено все, что мешало верующим исповедать Бога своим единственным Господом. Тогда исполнились бы слова пророка Софонии:

«Ликуй, дщерь Сиона! торжествуй, Израиль! веселись и радуйся от всего сердца, дщерь Иерусалима! Отменил Господь приговор над тобою, прогнал врага твоего! Господь, царь Израилев, посреди тебя: уже более не увидишь зла» (Соф_3.14–15).

И вот на фоне этой надежды и этого ожидания Иисус провозглашает: «Царствие Божие настало!»

Трудно верить!

Эта весть была потрясающей. Мы это лучше почувствуем, если вспомним, как возвещал Иоанн Креститель пришествие Царствия Божия. – Как страшный Суд!

» приходившему креститься от него народу говорил: порождения ехиднины! кто внушил вам бежать от будущего гнева? Сотворите же достойные плоды покаяния и не думайте говорить в себе: отец у нас Авраам, ибо говорю вам, что Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму. Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь» (Лк_3.7–9).

Иисус не отрицал такое суждение о народе своего времени. Он тоже называл его неверным, родом грешным и прелюбодейным (Мк_9.19, 8.38). И все-таки Он возвещал этому народу не Суд, но спасительное Царствие Божие – и все это без всяких предварительных условий!

Понятно, что в народе немало было таких, кто сомневался. Они вроде бы и слушали эту весть, но затем качали головами и отходили прочь. Но Иисус не сдавался: «Покайтесь и веруйте в это Евангелие!», – был Его ответ. Кстати, только в этом месте Иисус употребляет понятие «покаяние». В дальнейшем он его не упоминает, так как оно не могло вполне выразить то, к чему Он призывал народ.

Замечания к понятию «покаяние».

1. Понятия покаяние и Царствие Божие (или Небесное) характерны только для синоптических Евангелий. Традиция Евангелиста Иоанна пользуется иной терминологией. При этом слова μετανοεῖν (каяться) и μετάνοια (покаяние) встречаются гораздо реже, чем слово βασίλεια (царствие), которым пронизан весь текст синоптических Евангелий. Так, слово «царствие» встречается в Евангелии от Матфея 57 раз, в Евангелии от Марка 20 раз, в Евангелии от Луки 46 раз и в Евангелии от Иоанна 5 раз; слово же «покаяние» и однокоренные ему 7 раз в Мф, 3 раза в Мк, 14 раз в Лк, и ни одного раза в Ин. «Покаяние» – собирательное понятие, в котором евангелисты обобщают то, чего ждет от человека Иисус Христос. Покаяние – понятие, близкое обращению. Л.П. Карсавин переводил μετάνοια как «умоперемена», то есть изменение ума, внутреннего состояния человека, его нравственного суждения и воли. Такая внутренняя перемена должна вести и к изменению его поведения.

Настоятельный призыв к покаянию составлял основное содержание проповеди Иоанна Крестителя. Но у него покаяние имеет смысл отличный от того, который вкладывал в это понятие Иисус Христос. Спаситель тоже призывал: «Покайтесь!» (Мк_1.4). Однако следует заметить, что в дальнейшем Он больше не произносит этого слова Иоанна Крестителя, потому что оно не могло выразить того, к чему собственно Он желал призвать Свой народ. Ведь «покаяние» на языке Ветхого Завета означало «обращение», «возвращение», «оборачивание назад». Но Иисус Христос вовсе не хочет, чтобы народ вернулся назад, к тому, что раньше считалось благим и праведным. Он желает большего: вести народ вперёд. Посему Иисус Христос и требует в дальнейшем от людей не покаяться, но следовать за Ним. Он конкретизирует понятие покаяния, указывая человеку, что ему необходимо сделать именно сейчас, в конкретной ситуации. Что Иисус Христос, в конечном счете, ищет в человеке, Он объединяет в двух принципиальных понятиях: следование Ему и вера.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=593318&p=5

Люцифер, Денница, Первый Павший — какими только именами не наделяли самого прекрасного ангела. Но, увы, однажды он согрешил и был низвергнут с небес. Кто же такой Денница и что с ним произошло, мы разберем в этой статье.

В статье:

Денница и Люцифер — один и тот же ангел

Сцена падения с небес Деницы и трети войска ангельского

Имя Денница со старославянского означает «утренняя звезда». Так еще называли Венеру или полуденное марево в небе. В славянской мифологии Денница — дочь солнца, которую полюбил месяц, из-за чего и появилась вечная вражда между днем и ночью.

Впервые слово «денница» появилось для обозначения величия царя Вавилонского, который был подобен утренней заре. Однако уже в книге пророка Исаии Денницей назван демон Люцифер. Он — сын зари, яркий и сверкающий, но грешный, павший с небес.

В Библии, Исаии, 14 глава, стихи 12 — 17, читаем про ангела Денницу:

Как упал ты с неба, денница, сын зари! Разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своём: «Взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему». Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней. Видящие тебя всматриваются в тебя, размышляют о тебе: «Тот ли это человек, который колебал землю, потрясал царства, вселенную сделал пустынею и разрушал города её, пленников своих не отпускал домой?

Так в православии появилось имя Люцифера — Денница.

Ангел Денница — любимый сын Бога


Денница был первым ангелом, созданный Богом. Он был поставлен главным из них, и так получил свое имя, означающее раннюю звезду. Денница, как и все ангелы, был исполнен любви, а его прекрасный облик вдохновлял остальных духовных созданий, пробуждая быть верными Богу и помогать ему во всех начинаниях.

Ангел Денница очень любил жизнь и стремился проявить всю ту любовь, которую Бог вкладывал в свои творения. Родившись от стремления Бога к проявлению самого себя и своих эмоций, Денница стал ангелом, наиболее близким к Нему. Архангел Михаил был назначен наместником ему, орудием промысла Бога.

Довольно долго ангел Денница стоял перед Богом как первосвященник, передавая ему молитвы низших ангелов. Не будучи самолюбивым, ангел как никто другой следовал всем замыслам Бога, с самозабвением неся Его волю среди своих собратьев. Приближенный к Богу, Денница был для ангелов идеальным образом божественного совершенства. Слава о нем ширилась среди сонм духов, и любовь лишь крепла.

Денница-Люцифер, владыка низших небесных сил, любил Адама и Еву. Ипостась Люцифера во многих других мифологиях, а особенно римской, называют Прометеем, что значит «мудрый, мыслитель». Всем известна история Прометея — он украл для людей огонь из кузни Гефеста. Благодаря этому люди смогли выйти из пещер, охотиться на животных и согреваться. Денница, как и Прометей, принес людям свет — знание о разнице между добром и злом.

Как Прометей, принесший людям огонь и выведший их из мрака пещер, обрести силу и уверенность, Денница возжелал дать людям Божественное знание. И тут он совершил свою первую ошибку. Лейтмотив первого ангела Бога Денницы и Прометея, наказанных за повинность, красной нитью проходят через все верования человечества.

Падший ангел Денница

Падение Денницы, как и еще трети небесных существ, произошло из-за того, что он ослушался Бога. Несмотря на то, что ангелы — это носители желаний и стремлений Бога, исполняющие Его волю, они не лишены права выбора. Но Бог не стал первопричиной падения Люцифера, так как в те времена греха еще не было.

Первородный ангел был куда слабее своего Создателя, его возможности ограничивались. Однако, наблюдая за остальными ангелами, которые, будучи куда слабее, восхищались и любили его, Денница подумал, что он достоин быть на месте Бога. В Исайи, 14 глава, снова читаем:

А говорил в сердце своем: «Взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему». Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней.

Денница-Люцифер решил, что он лучше знает, в чем нуждаются люди. Проигнорировав прямой адресованное Адаму и Еве предостережение Бога не прикасаться к дереву познания добра и зла, он спустился в Эдемский сад. Приняв вид змея, ангел искусил доверчивую женщину, таким образом заставив прародителей человечества согрешить.

Бог призвал своего некогда верного сына к ответу. Увидев же, что сердце Люцифера исполнено гордости, а мысли полны тьмы, Создатель сильно разгневался. Он проклял ангела и сбросил его в вечно пылающий ад, отбывать свое наказание.

Внезапное разделение сообщества ангелов было еще одним неприятным последствием предательства Люцифера. Треть небесного воинства перешла на сторону Денницы, не в состоянии поверить, что их сияющий предводитель ослушался Бога. Теперь их правителем стал Люцифер, «несущий свет», отошедший от канонов любви и справедливости, продиктованных Творцом.

Порочная страсть себялюбия, желание возвышаться над всеми, править, быть главным, породила гордыню, которая привела бывшего наместника Бога к падению. К сожалению, виной этому стали и восхищавшиеся Люцифером ангелы. Их молитвы и любовь убедили ангела, что совершенство, которым он был наделен, не должно остаться незамеченным.

Тема предательства для славян всегда была очень острой. Именно потому такая сильная ненависть к Люциферу и демонам издавна характерна для православных. Встречаются даже пословицы и поговорки с упоминанием Люцифера:

Гнев дело человеческое, а злопамятство – от Люцифера.

У славян имена Сатана, Люцифер и Вельзевул означают одно и то же — ближайшего ангела, предавшего Бога. В Ветхом Завете Сатана это имя нарицательное — «противник Бога». Сатаной Денницу впервые называют в книге пророка Захарии, в третьей главе. Там он выступает обвинителем на небесном суде, протестуя против воли Бога и обесценивая Его замысел.

Сатана после своего падения на землю стал человекоубийцей, клеветником и искусителем. Этот ангел прошел путь от Денницы, названного также у славян Люцифером, что значит «светоносный» и сравниваемый с Прометеем, принесшим людям свет от пламени и тепло, и будучи некогда ближайшим к Богу ангелом, наделенным невиданной святостью и силой, до ужасного чудовища, квинтэссенции всех пороков. Образ падшего ангела Денницы остается ярким и в наши дни.

Источник: https://grimuar.ru/poltergeist/angelologiya/dennitsa-padshiy-angel.html

На слова: «сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих» (Мф.17:5)*

Любвеобильный наш отец, по своему к нам расположению, предоставил мне слово, и на принесенную ему вами за меня благодарность ответил настоящим поступком, пользу своих чад почитая собственной выгодой. Я с радостью принял это его поручение, и опять возвышаю среди вас свой голос и с готовностью берусь за продолжение моей прежней беседы. В прошлое воскресенье я показал вам Христа, вместе с рабами своими приходящего креститься; показал также Крестителя, узнавшего при­шедшего Владыку и отказывавшего ему в крещении, но затем по повелению Спасителя, исполнившего свое служение делу спасения; изобразил наконец Бога и Отца Господа нашего Иисуса Христа, возвестившего с неба: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф.17:5) – и, дойдя до этого свидетельства, я оставил эту кафедру, так как наступила уже пора прекратить беседу. И вот сегодня я желаю возобновить то, что тогда по недостатку времени вынужден был оставить, и раскрыть смысл этих слов, чтобы, уразумев их, вы через них возвысились к Виновнику их, т. е. Сыну.

«Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение». Это – Сын Мой, вместе со Мной ниспослав­ший на Себя Духа Святого и в то же время воспринявший Духа, которого послал; это Он, прежде всех веков от Меня рожденный, а не сотворенный, Бог от Меня Единого рожденный, единородный, как один Я знаю и как Он один знает; это – образ Моего совершенства, это – в Себе самом отпечатлевший Мое Божество; вот Он, ясный образ Моей Ипостаси. Это Мой Сын, из Моего существа бестелесно, неизменно, безвременно воссиявший, не от другой ипостаси получивший начало. Это Сын Мой по природе, а не по благодати, Сын Мой – совечный Мне, совечный, а не юнейший, не получивший бытие позднее; Сын Мой – Единосущный Мне, как свет от света, как жизнь от жизни, как истина от истины, как сила от силы, как Бог от Бога. Я родил, Он рождается; между Мной и Им нет ничего посредствующего. Я родил, как прилично было родить Мне, Богу по природе; Он рожден, как прилично было быть рожденным Богу Слову. Название рождения – человеческое, но предвечное рождение – таинственно. Время не знает тайны Моего рождения, не знают его (ведь они произошли позднее) херувимы и серафимы, многоличные и многоочитые; крылами как руками закрывая свои лица, они неумолчно взывают: «Свят, Свят, Свят, Господь Саваоф» (Ис. 6:3)! Не говорят они: «святой, очень святой, святейший»; не устанавливают нисходящего и опять восходящего порядка в Божестве; не рассекают единой сущности на неравные начала; не доискиваются того, чего не видят; славословят, не любопытствуя; благоговеют, поклоняются, не оспаривая единства Святой Троицы; одинаковое Мне и Сыну Моему и Духу славословие возносят; их жизнь несмолкаемое пение и самая эта бесконечная мелодия становится для них жизнью. «Небеса поведают славу Божию» (Пс. 18:2), славу Бога, сотворившего их. Не исследуют они существа Творца: «Небеса поведают славу Божию», видом своим, а не звуком голоса.

Пророки не могли постигнуть непостижимого; человеческая природа бессильна Его понять; ум не может вместить невместимого; слово не в состоянии изобразить вочеловечившееся Слово: одна только вера объемлет необъятного, одна только вера дает понятие о невидимом, одна только вера приближает к недостижимому, приближает, насколько она может вместить. «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» Он – Мой соработник, но не слуга; Он сотворил небо и землю; Он утвердил над землей свод неба; Он раскинул небо как кожу; Он сделал звезды по виду похожими на глаза; Он сделал солнце вождем и начальником дня; Он с ночным мраком сочетал сияние луны, сообщающее ночи оттенок грусти; Он дал воздуху нежную упругость, благодаря которой он легко вдыхается всеми живущими в нем, без труда расступается перед лицом идущих и опять смыкается за спиной их. Он скрыл в недрах земли корни растений, употребив повеление свое вместо семени, и лицо земли увенчал бесчисленными травами и цветами; Он чудесно разграничил сушу и море зыбким песком, перед которым море остается в своих границах, не осмеливаясь выйти и устремиться на сопредельную ему землю. Он установил оборот часов и смену времен года и приятное чередование лет; Он устроил видимую и невидимую тварь, не нуждаясь в содействии времени, не требуя орудий для работы, не обливаясь потом, но лишь пожелав и все легко осуществив. Он дал знак, и Его мановение дало бытие существующему; Он только помыслил, и мановение Его исполнилось; Он назвал не сущее, как сущее; как бы уже существовавшее ранее, и послушное Владычному зову, оно с трепетом поспешило на этот зов. Он – Тот, с которым советуясь, Я сказал: «сотворим человека по образу Нашему и по подобию» (Быт. 1:26). Он вместе со Мной создал человека и Он же потом ради человека сделался человеком, не изменившись в то, чем стал, сделавшись человеком через восприятие начатков человечества, и не утратив блеска Божества, став человеком и пребывая Богом. Это – Он, который от Моих недр не отлучился и в недрах Марии вселился; это – Он, и во Мне пребывающий неотлучно, и в ней обитавший неописанно; это – Он, и на небесах находящийся неотступно, и через утробу девическую прошедший невозбранно; как созданием этой утробы Он не осквернил Себя, так и, пожив в ней, остался незапятнанным. Он явился из чрева Марии, как сияющий жених из безневестного чертога; Он Своим рождением почтил рождение и запечатлел девство родившей Его; Он через девственные врата прошел в этот мир, откуда Он никогда не отлучался, сохранив невредимыми заключенные врата невинности; Он носим был во чреве Матери Своей и в то же время сам носил все. Он, как младенец, питался материнским молоком, а сам питал всю природу, как ее питатель; Он, как дитя, повит был детскими пеленками, а сам, как Бог, расторгал пелену грехов; Он возлежал в яслях и звездой был указан как Творец звезд; Он был преследуем Иродом, а Симеоном приветствован как Господь; Он бежал в Египет и низложил там египетских идолов, и на Нем исполнилось мое пророчество: «из Египта воззвал Я Сына Моего» (Мф. 2:15); Он преуспевал возрастом телесным, но не Божественной Своей природой – да и как мог бы возрастать вездесущий и все наполняющий? Это – Он, приявший крещение от Крестителя и просветивший свое создание. «Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих».

Не два разных лица – Мой Сын и Сын Марии; не два разных лица – преклонившийся (до рождения) в пещере и принявший поклонение от волхвов; не два разных лица – этот крещенный и тот, никогда не крещенный, но именно «Сей есть Сын Мой». Он вместе и в уме представляемый, и очами созерцаемый; Он – один невидимый и видимый вами, вечный и подвременный; Он – единосущный Мне по Божеству, и единосущный вам по человечеству – во всем, кроме греха. Не ищите на земле Его отца по плоти: здесь Он без отца; не ищите Его матери по Божеству на небе: там Он без матери. Не отделяйте Его Божества от Его человечества; не будьте злыми разлучниками неразлучимого; не разъединяйте человечество Его от Его божества, потому что по соединении оно с ним нераздельно и неслиянно. Не разделяйте того, что в Нем соединилось, но познавайте то, что в Нем есть. Не делите единое лицо Христа на два лица; на место единого Единородного не ставьте двух единородных; не полагайте отдельно Моего Сына и отдельно воспринятого Им человека; не дерзайте нарушать неслиянное единство, которое не подлежит расторжению; не почитайте воплотившегося Господа ни просто Богом, ни только человеком, но веруйте, что Он вместе и Бог и человек, что один и тот же Он всегда остается человеком и всегда есть Бог; не всегда Он был человеком, но с того вре­мени был и стал человеком, когда по своей воле приобщился к семени Авраама. Если этого Моего Сына вы увидите голодным, томимым жаждой, спящим, ходящим, утомленным, бичуемым, или распинаемым добровольно, или пригвождаемым ко кресту без сопротивления, или умерщвляемым по собственной Его воле, или по смерти охраняемым стражей при гробе, где лежало тело Его – все это относите к Его плоти. Напротив, если вы увидите, что этот Мой Сын словом очищает проказу, брением исцеляет слепоту глаз, одним словом восполняет природу, пятью хлебами насыщает пять тысяч и из рук учеников своих, как бы с поля, собирает никем не сеянный самородный хлеб, разъяренное море, вздымающее волны подобно вершинам гор, усмиряет своим голосом и по воде как по суше шествует – все это относите к Его Божеству.

Не подумай, что высокое из дел принадлежит кому-нибудь одному, а низкое из наблюдаемого в Нем кому-нибудь другому, но и то, и другое считайте принадлежащим одному и тому же: Ему принадлежит все Божественное, Ему принадлежит все человеческое, Его чудеса, Его же и страдания. Один и тот же Сын Мой и дела Божества Своего творит, и все дела плоти Своей усваивает Себе. «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение». Он – и виноградная лоза, и дверь для заблудших овец, – лоза, имеющая свой корень на небесах, а свои ветви раскидывающая по земле, лоза, разветвляющаяся в стволе, а не в корне, лоза, после трехдневного прозябания произрастившая виноград воскресения. Он есть дверь, потому что через Него верующий приходит ко Мне; Он есть посредник между Мной и Моими рабами, потому что соединяет со Мной тех, кто ко Мне стучится. «Сей есть Сын Мой возлюбленный», и в то же время агнец, иерей и вместе жертва, один и тот же и приносящий и приносимый, и священнодействуемый и жертву принимающий». Впрочем, вы уже знаете и понимаете то, что об Единородном сказаны были Отцом после крещения эти слова. А когда Христос преобразился на горе перед Своими учениками и лицо Его испускало сияние, перед которым исчезали лучи солнца, тогда опять раздались эти же самые слова: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение». Значит, не раз называл Отец Своего Сына сыном, как единственного Сына, и этими словами как бы рукой указывал Своего Единородного, очевидно, ради тех, кто покушается разделить Его с Отцом, кто утверждает, что безвременный родился во времени, кто причисляет к твари Создателя твари, кто порабощает освободителя, кто изобретает второго сына. Потому-то постоянно и подтверждается: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение: того послушайте» (Мф. 17:5; Мрк. 9:7; Лк. 3:22, 9:35). Если Он скажет: «Я и Отец – одно» (Ин. 10:30); если Он скажет: «Видевший Мене видел Отца» (Ин. 14:9); если Он скажет: «Я во Отце, и Отец во Мне» (Ин. 14:10, 11, 10:38), слушайте Его. Если Он скажет: «пославший Меня» (Ин. 12:49) «Отец… более Меня» (Ин. 14:28) – удивляйся Его смотрительному снисхождению. Если Он скажет: «сие есть тело Мое, которое за вас предается» (Лк. 22:19), и: «сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26:28) – слушайте Его. Не как бы отделяя плоть Свою от божества, говорит Он это, потому что не отделяется плоть в этих словах, но телесное присвояется Божеству и Божественное усвояется телу, и не другому кому-либо то и другое принадлежит помимо Его. Если Он скажет: «душа Моя скорбит смертельно» (Мф. 26:38); так как Он усвоил Себе наши ду­шевные состояния, сами по себе непостыдные, – слушайте Его. Никакого ведь нет в Нем разделения между плотью и божеством; все Богоприличное и человеческое мы исповедуем и возводим к единому лицу и единой ипостаси и природе воплотившегося Бога нашего Иисуса Христа. Этому научены мы от Бога и Отца; этому наставлены от единородного Сына Божия; в этом утверждены мы Духом Святым; это возвещено священными писаниями, это проповедано святыми отцами.

Итак, это мы приняли, это узнали, это и будем содержать. Зачем же сражаемся мы попусту друг с другом? Зачем поражаем друг друга – мы, наученные любить и ненавидящих нас? Зачем, забывая веровать, состязаемся о вере? «Рожден, не рожден; пострадал, но не пострадал; воскрес, но не воскрес». Почему судим освободителя? Зачем требуем отчета у благодетеля? Однажды захотел Он – и, как именно захотел, пришел, и пострадал, и умер, и воскрес, и вознесся на небеса, и придет судить живых и мертвых – в нашем образе, в каком приходил и в тот раз, потому что не расстался Он с той плотью, которую столь возлюбил, не отбро­сил ее, которой столь дорожил, не оставил во гробе оболочки Своего тела но в том же виде придет опять как Судья живых и мертвых, чтобы увидел Иуда, кого продал он богоубийцам, чтобы узрели иудеи, какую главу увенчали они терновым венцом; и когда увидят они Его восседающим на престоле Судьи, а херувимов и серафимов со страхом и трепетом предстоящими Ему, и скажут; «мы этого не распинали, мы осудили другого – какого-то Иисуса Назорея из Вифлеема», тогда Он покажет им Свое ребро, и увидят они, кого они пронзили, и даже против воли поклонятся Ему. Итак, зачем, не заботясь о том, чтобы веровать, мы состязаемся о вере? Зачем исполняем желание общего нашего врага? Ведь, конечно, диавол, эта язва всего человеческого рода, рассудил, что дело благочестия цветет, когда среди нас царствует тишина, что добрый порядок жизни крепнет, когда сияет вера, и что, когда Боголюбивое течение жизни преуспевает, то живущие так приближаются к блаженству и мы становимся угодными Создателю, спешим к Возлюбленному нами, чтобы взойти туда, откуда он (диавол) ниспал, – и смотрите, что он сделал, как хитро и коварно возбудил он среди нас войну, искусный вдохновитель зла, умудренный в обманах, изобретательный в кознях, неистощимый во всякого рода злых замыслах. Он возбудил некоторых ратовать под видом благочестия, и стремление к вере вооружил против самой веры, всем благочестивым внушил душепагубную страсть к спорам, члены церковного тела восстановил друг против друга, чтобы вдоволь смеяться, видя, как последовавшие его советам терпят от него же поражения, своими взаимными распрями доставляют ему удовольствие, и даже по столь горькому опыту не догадываются, кто виновник этого зла.

Итак, лишим же эту главу зла доставляемого ей удовольствия и торжество его обратим в печаль и невыразимое горе; возлюбим мир, столь для него ненавистный; оставим взвешивать и размерять выражения догмата; откажемся от желания быть учителями своих наставников; возненавидим словопрения, лишь развращающие слушателей; будем верить так, как предали отцы. Мы не мудрее отцов, не точнее своих учите­лей; мы не пастыри пастырей, но овцы. Не овцы пасут пасты­рей, но пастыри овец. В мире призвал нас Бог, а не в брани; останемся же в том, в чем призваны. Устрашимся таинственной трапезы, на которой становимся причастниками небесных таинств; не будем, разделяя одну и ту же трапезу, коварствовать друг против друга; не будем здесь общниками, а за порогом врагами; не будем здесь единоверными, а за порогом разноплеменными, чтобы не сказал и о нас Христос: «Я воспитал и возвысил сыновей и напитал их Своею Кровью, а они возмутились против Меня» (Ис. 1:2). Сам же Спаситель всех, Устроитель мира, да изгонит из вас смутотворного и браннолюбивого диавола, сам и церквям Своим да подаст тишину, сам да оградит эту священную паству, сам да соблюдет ее пастыря, сам да сохранит благочестивого и христолюбивого царя нашего, сам да соберет в ограду свою заблудших овец, «да будет одно стадо и один Пастырь» (Ин. 10:16), во Христе Иисусе Господе нашем, Которому слава во веки веков. Аминь.

Источник: https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Zlatoust/na_slova_sei_syn

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *